САГА ОБ УТОПЛЕНИИ В ЛИФФИ И ВРЕДЕ АЛКОГОЛИЗМА, ИМЕЮЩАЯ МЕСТО БЫТЬ ПРЕИМУЩЕСТВЕННО НА НАБЕРЕЖНЫХ НЕСКОЛЬКИХ ЕВРОПЕЙСКИХ СТОЛИЦ

Эпиграф:

У Петра Великого
Близких нету никого,
Только лошадь и змея -
Вот и вся его семья.

Ненастная ноябрьская ночь крепко сжимала в своих романтических объятиях общеизвестный гордый град о трех с половиной именах. И сколько ни описывай подробности, резюме будет все то же: мерзопакостная погодка. В вое ветра тонут все звуки, кроме жалостного дребезжания дорожных знаков. И дневные обитатели города, и их ночные собратья попрятались по домам, и потому некому было заметить, что знаменитая гранитная глыба на площади между зеленоглавым собором и свинцовой рекой опустела. Этот факт наводит наблюдателя на мысли о достоверности описанных в "Медном всаднике" событий. Неужли и впрямь державный основатель носится на коне по городу, играя в салочки с бурей? А змея? Страшно предположить, что может удумать сия тварь, утомленная многовековым подкопытным положением...

Наблюдатель начинает нервно озираться по сторонам и тут же испускает крик ужаса. По набережной движутся какие-то трое, внешне сильно напоминающие компоненты беглого памятника. Один, хоть и весьма недурен собой, отличается ярко выраженным лошадиным овалом лица. Другой - по всем повадкам змея, а уж взгляд-то...Методом исключения выясняем, что третий \длиннющее кожаное пальто, кожаный берет, из-под которого выбиваются кое-как собранные в хвостик волосы\ может быть только самим императором, к тому же его речь являет собой мешанину из иностранных лексических единиц, крепко сцепленных русскими народными словечками \ здесь для удобства читателя дается в переводе\. Все трое медленно бредут, опираясь на парапет, удивленно слизывая с губ снег и потерянно озираясь по сторонам.

- Полцарства за машину, воистину, - цедит один из странников при виде треугольничка с авто, бодро съезжающим в реку.

-М-да, а ведь утром у нас что-то такое было..., такое четырехколесное, бензинопожирающее.., - спохватывается второй. - Эй, Элгмар, иди ищи машину.

- Бабок нет, - устало роняет третий.

- Идиот, это твоя машина! - вскипает второй. - Собственная! Черти сколько стоит!

- Вы что, я о машине и не мечтаю, - меланхолически замечает третий, - мне бы аппарат сначала да дискет хороших...Пардон, кассет. О компьютере я тоже не мечтаю...

- Воистину, обнажились глубины подсознания, - печально комментирует Элгмар.

- Элгмар, синтезируй что-нибудь, не будь протестантом! Ща пропадем, как ...Наполеон...под этой...под подковой...

- "Подкова" теперь "Стокгольм" называется, - вмешивается третий. - Там до шести, только бабок все равно нет...

- Элгмар, ты эту свою эльфи...у-я, ну оговорился я, ну сидовскую толстокожесть бро.., - кулак Элгмара взвился, аки вепрь, и глюк Джима Моррисона плюхнулся в лужу, обрызгав своих спутников грязью. - Сейчас Властителя Тьмы вызову, дерется еще..., - пробормотал он, с трудом поднимаясь на ноги. Эль.., извините, сид Элгмар из Дома Путей Прерывающих Полет брезгливо отер куртку вышитым платком и, поразмыслив, все же приступил к синтезу. Увы, удача стояла к нему спиной. Первая попытка вылилась \буквально\ в холодный, абсолютно безалкогольный душ из стеклянной трубы \Элгмар слишком уж сосредоточился на категории чистоты и аутентичности природе\. В ответ на второе заклинание на набережной материализовалась неописуемо прекрасная, изумрудно зеленая, украшенная белоснежной гривой и кристальными пузьрьками - и в жизни не знакомая с Гольфстримом волна Атлантического Океана, внутри которой билась, ругаясь на двух

языках, неописуемо прекрасная серебристая акула с золотым католическим крестиком на шее \если у акулы можно найти шею\.*

* - см. фильм "The Thing That Kills in the Sea".

Из последних сил сплавив опасную волну в Неву, Элгмар смиренно побрел искать машину \подержанное "Вольво" с покрышками, стертыми о восемь тысяч двести верст пустоты\.

- Иди-иди, а я посмотрю, - пробормотал ему вслед глюк. У него появилась новая причина спровадить Элгмара - впереди, у пристани близ Эрмитажа, где летом стоят экскурсионные теплоходы, оглашая синюю гладь Невы ресторанными песнопениями, замерцал огонек. И чуял глюк, что там ждет хорошая пожива и широкие возможности для каверз.

- Гляди-ка, "Поплавок" открыт! - радостно возопил мнимый император при приближении к огоньку.

- Туда, мой друг, туда! - невольно процитировал глюк "Миньону".

В обнимку они дотащились до сходен, соединявших пристань с небольшим суденышком. Там-то и горел огонек, и сквозь иллюминатор отчетливо виднелись двое в клетчатых рубашках \один в красной, другой - в зеленой\, колдующие у таинственного аппарата. Зеленые, белые и оранжевые буквицы на борту суденышка образовывали надпись "Фердиад" - имя славное и трагическое. Впрочем, нашим героям было уже не до имен. "Роза пахнет розой, хоть розой назови ее, хоть нет", а кораблик пах куда слаще роз.

Глюк решительно постучал в дверцу рубки.

- Who's knockin'?

- KGB, - нагло ответствовал глюк. - And Checka, - прибавил он из чистой любви к гиперболам.

После некоторого размышления дверь распахнулась. Зеленоглазый юноша в рубашке в зеленую клетку и красноносый дядька в такой же рубашке, но в красную клетку, стояли плечом к плечу, мужественно загораживая от непрошеных гостей аппарат. За миг до этого дядька крикнул в переговорную трубку: "Отдать швартовы!" \естественно, по-английски\.

- Извините за беспокойство, - миролюбиво проговорил "чекист" в кожаном пальто, - нам бы выпить. Just a sip...er...a drop...We'll pay... with something...

В сердцах моряков ирландское гостеприимство схлестнулось с врожденной неприязнью к лондонскому акценту.

- Dat's not fer sellin', - отрезал красноносый. - Dat's fer friends.

- Dat's noice, - процедил глюк с невозмутимостью форели в омуте.

Услышав эту классическую формулу ирландского этикета \см. примечания\, да еще и произнесенную с родным акцентом, моряки растаяли. К тому же глюк поспешил сообщить им, что на улицу в такую пору их выгнала исключительно жажда - жажда найти достойных собутыльников и что сейчас он приведет Элгмара с икрой и пельменями. Глотнув для обогрева и выпросив трехлитровую банку жидкости с собой \"вместо телескопа"\, глюк бодро покинул рубку "Фердиада" и широкими шагами зашагал по воде \ команда "Отдать швартовы" была должным образом выполнена, и траулер уже приближался к Финскому заливу\. Удачно проделанная каверза его буквально окрылила - так что голодная акула успела лишь клацнуть ему вслед зубами.

Что до спутника глюка, то он уже мирно спал в углу рубки, даже не попробовав напитка. Вскоре двое моряков улеглись рядом с ним. Правда, красноносый прежде отстучал радиограмму: "Is there a DDDog, damn, Gohfjd?", адресованную мирозданию как таковому.

Наш основной герой проснулся. В голове у него мерно шумело и плескалось. По некотором размышлении он понял, что шумит и плещется не столько внутри головы, сколько где-то левее. "Нева", - догадался он, кряхтя, встал, облокотился о парапет и был немало обрадован, обнаружив стоящую на нем пивную банку. Непочатую.

\Дело в том, что жена красноносого моряка и мать зеленоглазого, явившись за своими родными и близкими и обнаружив на борту "Фердиада" незнакомца британской внешности, от греха подальше снесли его на берег. Из человеколюбия оставив ему банку пива\.

Нева чинно струила свои воды - пожалуй, как-то слишком чинно. Мимо пробегали редкие прохожие, их выговор чем-то неуловимо отличался от привычного питерского. Когда над водой разнесся бой часов, стало ясно, что это, видимо, скорее Москва. А, может, вообще Киев...Впрочем, серое небо и желтые здания свидетельствовали в пользу Москвы.

Наш герой задумчиво побрел по набережной, размышляя, у кого бы стрельнуть сигарету. А лучше бы денег на такси. Вот бы кто автограф попросил...

И вдруг у самой воды он увидел кого-то очень знакомого.

- Привет!

- Привет-привет, - мрачно ответил Брайан Ино.

- У тебя закурить не найдется?

- Бери. Бери всю пачку! - это прозвучало даже с каким-то русским надрывом.

- Извини, а взаймы не дашь примерно сотню? До завтра, ей-богу.

- Бери, - мрачно повторил Брайан Ино. - Как говорят у вас в России, бери ключ от квартиры, где деньги курами лежат! Бери до этого...как это сказать по-русски...до Рокерского Дня. Завтра меня с вами не будет. Я иду топиться.

- Зачем тебе топиться? - ошеломленно спросил наш герой. - Раз деньги есть, пойдем лучше выпьем.

- Выпьем? Пусть этот кретин Боно пьет! А я - я напьюсь вод Лиффи! Пусть несут меня волны Лиффи в океан...к аку-

лам...Акулы и то лучше!

- Так что случилось-то?

- Я не желаю ходить по одной земле с этим Боно. Работать с ним невозможно.

- Ну и не работай с ним. Со мной порабо...

- А с другими работать - скука смертная. О воды Лиффи, я иду к вам!

Наш герой, собрав воедино географические познания, успел в последний момент поймать Брайана Ино за куртку:

- Подожди, ведь Лиффи течет в Дублине, а мы с тобой в Москве.

- В Мо-скве? - возопил Брайан Ино. - О Боже, я уже мертв и похоронен! Боно и Москва разом - это же верная могила!

- Правда, я не могу отделаться от подозрения, что это все же Киев, - задумчиво продолжал наш герой. - Милиция в какой-то странной форме. Так, а в Киеве Дон или Днестр?

Тут к странной парочке подошел один из этих блюстителей правосудия в странной форме.

- Что это за река, скажите, пожалуйста? - обратился к нему наш герой \ сам не подозревая, что говорит по-английски\.

- Темза, сэр, - ответствовал тот. Проанализировав одежду и лица странной парочки, он решил: "А-а, музыканты" и поспешил удалиться, зная по опыту, что творческих людей лучше не трогать, пока они сами тебя не трогают.

- Темза? - растерянно спросил наш герой. Внезапно вспомнилось, что завтра \или уже сегодня?\ ему играть концерт в Вышнем Волочке, на столе осталась недочитанная книжка...Его захлестнул приступ ностальгии.\ объяснение произошедшему см. в примечаниях\

- Темза? - в неменьшей растерянности спросил Брайан Ино, который настолько проникнулся идеей самоубийства именно пос-

редством утопления в Лиффи, что невозможность осуществить ее немедленно лишала жизнь всякого смысла. То есть, не жизнь ли-

шалась смысла, а смерть смысла. В-общем, понятно. Топиться ему расхотелось, а жить еще не захотелось.

- Воистину, она самая, черт ее подери, протестантскую ведьму! - донеслось из воды. - Я ведь тоже думал, что это Лиффи!

Голос принадлежал нашей старой знакомой - акуле с католическим крестиком. На самом деле она была ирландским студентом-оборотнем*.

* - см. фильм "The Thing That Kills in the Sea".

До Лондона она добралась на борту того же траулера, что и наш герой, по дороге отдав должное фердиадовской самогонке.

- Привет! - радостно воскликнул наш герой. Последний раз он видел эту акулу рядом с Элгмаром \ на набережной, внутри волны\. Два этих образа каким-то образом совместились в его затуманенном сознании, и сейчас он был искренне убежден, что видит Элгмара в обличье акулы. Тем более, все тот же ирландский акцент... - Ну как, вы-пьем?

- Все еще закрыто, - сказал Брайан Ино, к которому вернулось чувство реальности.

- Для нас это не проблема, - бодро заявил наш герой.

Акула воспрянула духом:

- У тебя есть?

- Ты - и спрашиваешь? - изумился наш герой. - Давай, брось шутить и синтезируй нам, пожалуйста, виски. Или ту самогонку.

Акула возмущенно подпрыгнула и прошипела нашему герою в самое ухо:

- Ты плавать умеешь?

- Сам знаешь, что умею, - ничего не подозревая, ответил наш мальчик, решив, что Элгмар собирается сделать рыцарский жест и обратить в спиртное всю Темзу.

Акула взъярилась окончательно.

- Может, ты еще и укусоустойчивый? - процедила она прямо в лицо нашему герою.

И все могло бы кончиться очень плохо, если бы в ход событий не вмешался новый персонаж.

За несколько минут до опасного поворота Дэвид Боуи лег спать. И едва успев заснуть, вскочил в холодном поту. Ему приснилась устрашающе оскаленная акулья морда, под которой болтался золотой католический крестик.

Дэвид Боуи встал, принял одну таблетку снотворного и снова лег. И вновь перед его очами предстала злобная акулья морда с католическим крестиком. На заднем плане маячил Тауэрский мост.

Дэвид Боуи принял еще две таблетки снотворного и вновь опустил голову на подушку.

- Может, ты еще и укусоустойчивый? - саркастически процедила акула прямо ему в лицо.

Дэвид Боуи вскочил с постели, потянулся за снотворным и, сообразив, что так и до передозировки недалеко, отдернул руку. Выход был один - срочно сходить к Тауерскому мосту и своими глазами убедиться, что нет там никакой акулы-католички.

Дэвид Боуи оделся во что под руку попалось - симптоматично, что случайно попавшиеся под руку вещи до мельчайших оттенков совпадали по цвету, фактуре и рисунку, одним движением пальца, не глядя, завязал шнурки на ботинках - тем же узлом-розочкой, что украшал цепочку на его шее \симптоматично, что этим изумительным узлом цепочка завязалась сама, во сне. Да, любят вещи Дэвида Боуи, нам бы так...\

Прибыв к Тауерскому мосту, он узрел там двух странно знакомых субъектов. Один из коих с воплем: "Заповедей не знаешь, что ли?" пытался выдрать из зубов акулы свой берет. Да, акула существовала в реальности. Та же самая, что во сне, только - как понял теперь Дэвид Боуи - гораздо красивее. "Золото на серебре - как безыскусно и изумительно!" - вырвалось у него. "Поздравляю вас, молодой человек - у вас тончайший вкус!"

Акула, совершенно обалдев, тут же растеряла агрессивность - и обернулась ирландским юношей. Прекрасным, как гвардейский миноносец и при этом столь же нагим. Поскольку день был холодный, к нему теперь больше подходило определение "золото на голубом", а не "золото на серебре".

Шесть рук помогли бывшей акуле выбраться из воды. Симптоматично, что наш герой, простив изжеванный берет, протянул руку первым. Более того, он снял с себя пальто и накинул на юного оборотня. "Вылитый Боно в церкви.., " - задумчиво прокомментировал Брайан Ино.*\см. примечания\

Зачем вы развращаете прохожих англичан,
Иль вы распространяете нудизм средь пуритан?
Оливер Кромвель

Поскольку в этот ранний час все, безусловно, было либо еще закрыто, либо уже закрыто, компания решила пойти обогреться на лондонскую квартиру Боно, благо она находилась неподалеку.

Дверь оказалась незаперта. Члены группы "Ю-Ту" раскинулись на полу в позах козаченьков Степана Разина после утомительного волгодонского гулянья.

- Господи, ради христианского милосердия.., - раздалось из-под стола.

-...добейте меня.., - машинально подсказал наш герой.

Из-под стола высунулась лохматая голова, оглядела комнату и возопила:

- Эдж, знаешь, кого я вижу? Эхо!

Тут с кухни появилась святая Бригида, а за ней - Элгмар с знакомыми фиалами. Затем из кухонной двери выскользнул, иронично усмехаясь, ребенок лет четырех, кого-то смутно напомнивший нашему герою. Усевшись на спину спящего Эджа, постреленок принялся рисовать на обоях фломастером. Темой картины служила битва ангелов с чертями.

Наш герой перевел взгляд на святую Бригиду, задумчиво вычисляя, где же ее видел. На лестнице? Перед сценой на концерте? В храме ? И не может ли статься, что сие дитя..?

- Знаешь, не ломай зря голову, - смилостивилась святая Бригида. - В нужное время тебе все откроется. А сейчас, насколько я понимаю, тебе нужно поговорить с Элгмаром насчет концерта.

Дальнейшее теряется в сигаретном дыму, громогласных тостах за мед поэзии и т.д. и т.п. Довольно скоро вся компания разбрелась по своим делам. Элгмар и наш герой отбыли астральными тропами в Питер - забрать инструменты и поскорей на концерт. Святая Бригида долго глядела им вслед. Потом, вздохнув, уставилась на струйку дыма, что тянулась от ее сигареты. Дым закручивался в спирали и неизвестно чьи вензеля на фоне меланхоличного лондонского пейзажа, за спиной, в комнате, текли два одинаково нудных спора - о количественном и качественном вкладе Парнелла в дело спасения Ирландии и о преимуществах готических донжонов над барочными контрфорсами.

Из-под стола доносилось саркастическое позвякивание - Бригидин ребенок, иронично усмехаясь, строил под столом пирамиду из элгмаровских фиалов.

- Все откроется.., - повторила святая Бригида вслух.

- Точняк, пятнадцать минут осталось, - спохватился Боно и рысью побежал одеваться.

Постэпиграф:

Я вышел пройтись в Латинский квартал,
Свернул с Трафальгар на Невский с Тверской,
Я вышел духовный, вернулся мирской,
Но мог бы пропасть - ан нет, не пропал.

 ПРИМЕЧАНИЯ

1/ - по поводу выражения "Dat's noice". Старинный ирландский анекдот.

Two women are sharing a hospital room in Dublin. One is from Foxrock. The other is the complete opposite: bottom end of the social spectrum - a roight auld slag. The Foxrockienne wants to make sure there is no mistake about who she is. So she says to the other: "Ah, I hope you don't imagine that I am accustomed to sharing like this. Usually, I go to the private wing."

- Oh, yiss? Dat's noice.

- I'll have you know that my husband is an extemely sussesful man and takes very good care of me. The last time I was a patient, he took me on a Caribbean cruise to recuperate.

- Dat's noice.

- And on the occasion before that, he bought me a diamond pendant to compensate for the discomfort.

- Dat's noice.

- Out of curiosity, does your husband show such consideration, when you are confined?

- Oh, yiss, o' course 'e does. When we 'ad our last one, 'e sent me fer elocution and etiquette lessons.

- What? Elocution? How would somebody like you even know what the word means?

- 'E did, too. See, at one time, whenever oi 'eard people tellin' me a lot o' bullshit, oi used to tell 'em ter fuck orf. Now oi just smiles at 'em all proper, like, and oi say: "Dat's noice."

2/ О том, как "Фердиад" и его экипаж попали в Лондон.

Итак, красноносый отстучал радиограмму: "Is there a DDDog, damn, Gohfjd?", адресованную мирозданию как таковому.

Радиоволны донесли эту радиограмму в Дублин, истинному адресату Дублин - жене красноносого. Та, вздохнув, отправила "Фердиаду" \траулер давно уже сам научился делать все самостоятельно - с такой-то командой\ радиоприказ следовать домой, после чего уселась вычитать из градусов долготы и широты градусы алкогольные. Затем, вздохнув, накинула шаль и, вздохнув, отправилась к матери зеленоглазого мальчика. - Надо перехватить их в Лондоне, - заявила она решительно.

- Да, а то они там кого-нибудь взорвут с похмелья, - согласилась мать зеленоглазого.

- Взорвут - еще куда ни шло, но коли у них аппарат отберут, будто террористическое оборудование...

3/ Как-то в студенческие годы Боно явился на воскресную мессу в длинном кожаном пальто, под которым ничего не было. Конечно, пальто было стыдливо застегнуто на все пуговицы...Причины происшествия покрыты мраком - то ли это был бунт против фарисейства - и, в частности, позиции его отца, считавшего, что мессы следует посещать исправно. То ли юношу просто раздели, пока он валялся в канаве - после чего наш истовый католик, не желая пропускать мессу, сам снял с кого-то пальто и поспешил засвидетельствовать почтение Господу. Кстати, не исключено, что он чувствовал настоятельную необходимость вознести свою любимую, не потерявшую актуальности за десять веков, молитву:

"Господи, во имя христианского милосердия..."

3/ Надлежит все же прояснить вопрос о том, куда в ненастные ночи деваются памятники. А никуда они особо не деваются - что они, железные, шататься в такую погоду? Так что монументы-хулиганы - это либо плод белой горячки, либо чистый поэтический вымысел.

Ну а на деле - петербургские памятники, например, собираются под колоннаду Казанского собора \ место, настолько пропитавшееся побочными продуктами измененных сознаний, что его уже ничем не удивишь\ и проводят время в свое удовольствие. Отрадно наблюдать за дружной компанией четверых Пушкиных \ с Пушкинской, с Бродского, с метро "Черная речка" и еще какой-то, малоизвестный\, которые до зари увлеченно дуются в карты. Лошади с конных памятников организовали кружок художественного ржания; коронованные особы читают газеты и выясняют, с кого началась гибель России \к счастью, фракция Лениных тусуется в другом месте, под сводами Гостиного двора\. Петр Фальконе и Петр шемякинский тешатся армреслингом. Тут же шляются бесплотные "памятники нерукотворные", по злому или глупому умыслу еще не получившие материальной формы. Причем некоторые из этих призпамятников - прижизненные. В том числе - кое-кто из музыкантов. И слава богу, что глюк об этом пока не знает - иначе завел бы нашего героя туда. И, возможно, кое-кого утром выловили бы из канала Грибоедова \ кстати, всю жизнь недоумеваю, почему именно Грибоедова. Что в Александре Николаевиче такого канализационного? Да и грибы в каналах не растут. Может, "и" следует исправить на "е" - учитывая местоположение канала, определенный смысл в этом есть\.